Порядочный человек - ведущий, держащий 
                                                                        себя изрядно, прилично, как должно
       (Владимир Даль)
В России все секрет..... и ничего не тайна
(Эдвард Радзинский)

15. Время, люди, события

Науку и образование делают люди. Поэтому персонофикация исторического периода деятельности Казанского университета, связано с аналитической химией, ее методами необходимо. История была бы в противном случае неполной, в чем-то ущербной: обо всем не скажешь, хотя и следовало бы. В истории кафедры аналитической химии были сотрудники, профессональная культура которых осталась востребованной не одним поколением химиков. И это не только ведущие преподаватели. О старшем лаборанте Л.К.Николаевой, ассистентах А.И.Татьянчиковой, Н.Н.Лавровой, Н.Н.Кашиной и А.Д.Белоглазовой вспоминают с теплотой и по сей день.
Деятельность кафедры аналитической химии как одного из основных структурных подразделений университета за последнее десятилетие протекало в соответствии с его уставом (как и предыдущие годы). За пятилетний период возросли  авторитет и известность кафедры как учебно-методического и научного центра. Кафедра дважды давала свои заключения по двухтомнику учебника "Основы аналитической химии" (редактор академик Ю.А.Золотов), ряду докторских и многим кандидатским диссертациям (не говоря об авторефератах диссертаций). По относительному числу Соросовских профессоров, доцентов, аспирантов и студентов на кафедре и сотрудников кафедр других вузов, с которыми устанавливались научно-педагогические связи, отраженные в совместных публикациях последнего периода, аналитики университета, видимо, занимают первое место среди родственных кафедр университетов России, а может быть и всех других кафедр вообще (6 профессоров, 6 доцентов, 5 аспирантов и т.д.).
За последние 16 лет общее число сотрудников кафедры уменьшилось на 6 человек, на 5 - число штатных сотрудников из профессорско-преподавательского состава, на рубеже веков их число составило 7 человек. Однако это не повлияло на эффективность научно-исследовательской работы, поскольку были созданы временные (иногда говорят - виртуальные) научные коллективы с участием сотрудников и аспирантов других лабораторий и кафедр КГУ и других вузов не только нашей страны. 
Занятия на химическом, биолого-почвенном и геологическом факультетах ведут семь преподавателей. Два сотрудника, вышедшие на пенсию проводят занятия с химиками факультета на условиях почасовой оплаты. Здесь активно используются опыт высокой квалификации, который нельзя не рассматривать иначе как общественное достояние.
Из последних достижений кафедры аналитической химии в учебном процессе можно отметить разработку двух новых элективных дисциплин для химиков факультета "Аналитическая химия конца ХХ столетия" и "Аналитическая химия и окружающая среда". 
При построении лекционных курсов была использована блочная система. Весь курс был разделен на отдельные разделы, каждый из которых был предоставлен специалисту, чьей сферой научных интересов является именно эта область. Таким образом, наработанный ими опыт научных исследований используется в учебном процессе. Кроме того разработан и читается для студентов биологического факультета специальности "молекулярная фармакология" новый спецкурс (с соответствующим лабораторным практикумом) "Аналитическая химия микроколичеств биологически активных веществ".
За кафедрой была закреплена новая общеобразовательная дисциплина для студентов IV курса химического факультета "История и методология химии". Была разработана рабочая программа этой дисциплины (Г.К.Будников). В ноябре 2001 года в Москве состоялась конференция "История химии как область науки и учебная дисциплина (МГУ, Институт истории, естествознания РАН), на которой можно было не только сделать устный доклад, но и сравнить содержание рабочих программ этой дисциплины различных вузов. Доклад на тему "Региональные аспекты истории химии в общеобразовательных и специальных дисциплинах" содержал ряд позиций по истории Казанской химической школы, в том числе и по истории аналитической химии КГУ (Г.К.Будников).
В 1986 году в издательстве "Наука" вышла в свет книга академика Ю.А.Золотова "Наука, время, люди", которая была воспринята сообществом аналитиков как достаточно знаменательное событие. Преподаватели кафедры аналитической химии КГУ, а также других вузов Казани ее прочитали с интересом. Эта книга поставила ряд проблем, которые затем привлекли внимание многих ученых страны. Прежде всего это проблемы оценки эффективности научной деятельности специалистов со званиями и степенями, вопросы этики в науке, т.е. поведения ученых в сообществе и др. Эти же вопросы были вынесены на обсуждение на упомянутой II Всероссийской конференции по истории, методологии аналитической химии, а затем в ряде номеров газеты "Поиск" и специальных выпусках "Журнала Российского химического общества". Один из номеров последнего журнала в тот же период обратил свой взор на проблемы интеллектуальной собственности ученого. Эти публикации как бы приглашают продолжить разговор на волнующие темы и дать свой отклик, тем более, что некоторые из волнующих вопросов имеют отношение к историографии аналитической химии КГУ. Ю.А.Золотов, кстати, уделил внимание этим проблемам в серии последующих книг по аналитической химии. Прежде всего это проблемы этики в науке (этики цитирования и этики поведения в сообществе) и интеллектуальной собственности.
Попытки строить "свое дело" за счет перераспределения интеллектуальной собственности всегда будет вызывать протест и неприятие. Среди причин, вызывающих такое явление, кроме отмеченного выше дефицита идей можно отметить потерю научного потенциала, устранение от активной научной деятельности и личностное угасание. И это порой наблюдается в пятидесятилетнем возрасте! Пока нет закона об интеллектуальной собственности, научное сообщество не должно оставаться равнодушным к таким "движениям" личности. Внутри самого коллектива эти проблемы решаются более менее безболезненно. Шеф - руководитель может разделить проблему на отдельные задачи, решение каждой которой дает возможность выйти на ученую степень. Затем, покидая такую группу, сотрудник уже не может жить далее за счет того, что приглянулось ему при этом, т.е. за счет чужих идей, прихватив с собой отчеты, а с ними и ключевые позиции иследований), а то и выпускников кафедры....
Нельзя использовать идеи того, кто работает рядом и при этом создавать видимость членов активного сообщества, приобщая эти идеи к своему научному багажу, создавая видимость получения нового знания, а по-существу - информационный шум. Таких относят к маргиналам науки (профессор МГУ Ю.А.Устынюк). О самодостаточности ученых начала ХХ века, Ф.М.Флавицкого и других писали химики-историки Казани А.С.Ключевич, А.Е.Арбузов и др. В то время рекомендация известного ученого играла решающую роль при занятии вакантной должности. Сейчас характеристика бывшего наставника и консультанта может не приниматься во внимание и решение вопроса о занятии вакантных должностей или другие подобные вопросы (о почетных званиях, например) решаются порой келейно, в узком кругу и отражают в лучшем случае корпоративные интересы. 
Столь же важным является вопрос о конформизме в науке. О.Ю.Охлобыстин ("Жизнь и смерть химических идей", М.: Наука, 1989 г.) резко отзывается об этом явлении, называет его злом, скрытым врагом науки, поскольку конформизм пассивно принимает существующий порядок вещей, подстраивается под всех (в том числе и в статьях), не несет своих идей, где-то приводит даже к фальсификации. Конформизм сейчас - это способ выжить в экстремальных условиях. Конформист заботится только о себе, его интересуют только численные показатели, так называемые голы, очки, секунды (число статей, число защищенных "у него" диссертаций и т.д.). О качестве специалиста здесь говорить не приходится, хотя ближайшее окружение знает больше, чем некоторые эксперты, причем порой с бескомпромиссной оценкой.
Борьба с конформистами - дорогое "удовольствие". Действительно, легче бороться с ошибочными заключениями (например, выводами по той или иной диссертации),  чем с хорошо осведомленным и вполне грамотным конформистом, который промахи старается не допускать.
И диссертации, подготовленные в их кругу выглядят порой правильно, без внешне заметных ошибок, но без новых мыслей. Борьба здесь затруднена, ибо конформист успел со всеми договориться: он примыкает к партии большинства. Он со своими единомышленниками почти мгновенно "дружат против" - особенность нашего времени на рубеже веков и не только в научном сообществе. Такие люди склонны не к обсуждению, дискуссии, а к сговору.
Можно ли заранее распознать конформиста? Иногда слышишь, что могли бы существовать тесты на конформизм. Вряд ли это возможно, ибо люди склонны менять свою психологию поведения в условиях стресса, особенно в наше переходное время. О том, с какой скоростью и сноровкой конформист может удержаться "на плаву", следует говорить особо и лучше не в этой книге.
Научный сотрудник кафедры аналитической химии В.Е.Казаков с помощью компьютера "изобразил" модель конформиста, своего рода дружеский шарж, сопроводив его четырехстишием, навеянного словами В.В.Маяковского*).
 
______________
*) Декан химического факультета профессор В.И.Галкин в первые дни своего назначения счел необходимым ввести процедуру обсуждения кандидатур на почетные звания, чтобы этот вопрос не возникал неожиданно на заседании Совета из пункта повестки дня "разное".
Конформист нарушает этические нормы цитирования работ (о соавторстве речь шла выше). Стандартным проступком можно считать умышленное замалчивание работы, опубликованной первой по тематике. В статье может появиться упоминание о поддержке работы грантом, хотя грант никакого отношения по своей сущности может не иметь к этой статье и т.д.
В сложное нынешнее время нужно поддерживать все живое в науке, имеющее тенденции к развитию, опирающееся на профессионализм и обусловленное подлинным интересом к предмету, - мнение профессора Г.И.Абелева, с которым нельзя не согласиться. Формальные же показатели, те самые голы, очки, секунды сами по себе не решают вопроса о поддержке науки.
Опасно, когда нормы научной практики подвергаются эрозии и будут вытеснены так называемым рациональным подходом или законами рынка. Такая атмосфера в научном сообществе может привести к оттоку уже не толь ко молодежи, но и зрелых ученых, имеющих большой опыт научных исследований.
Мы перестали обращать внимание на внутренний мир ученого, его мотивацию, совокупность причин, по которым он пошел в науку. О.Ю.Охлобыстин напоминает, что ученый - это не профессия, скорее склад мышления.
В странах Запада при приеме на работу в университет на преподавательскую должность так называемая научная биография Curriculum Vitae, или Resume, играет очень важную роль. Существуют строгие правила их представления. Этим принципам следуют те, кто желает поступить и к нам в университет на научную стажировку из других стран. За последние 3 - 4 года выразили желание пройти стажировку, учиться в аспирантуре на степень PhD, или на период Post Doc около 10 человек из стран Индии, Ирана, Ирака, Китая, Сирии, Египта, Югославии и некоторых других. Их Curriculum Vitae, или Resume представлены строго по правилам, и практически безошибочно можно получить информацию об их квалификации, навыках, уровне знаний, местах предыдущей работы (фирмы, научные центры и т.д.). Детальный ход по научной лестнице завершается списком публикаций в международных журналах, отражающих, как правило, проблемный характер их деятельности. И это все - научная молодежь, стремящаяся в КГУ..
В этот же период проводились различные мероприятия при активном участии сотрудников кафедры. Осенью 1989 года в Казани состоялось выездное заседание комиссии по электрохимическим методам анализа Научного Совета по аналитической химии АН СССР. Состояние и перспективы развития электрохимических методов анализа в Поволжском регионе обсуждали председатель, а также члены комиссии и сотрудники вузов и НИИ Казани и других городов Поволжья. Выступили Б.Я.Каплан, Г.К.Будников, Э.П.Медянцева, И.Ф.Абдуллин, А.Н.Глебов, Е.Г.Кулапина, В.Н.Майстренко, В.М.Гороховский, В.И.Гороховская, А.М.Лихачев и Ю.М.Каргин - все по материалам собственных исследований. Краткая информация о заседании была помещена в "Журнале аналитической химии" (1989 г.).
Из других заметных мероприятий, проведенных кафедрой в содружестве с другими коллективами в последнее десятилетие отметим циклы лекций по современным проблемам аналитической химии на различных предприятиях и НИИ Казани (ПО "Органический синтез", КазХимНИИ) в рамках повышения квалификации сотрудников лаборатории, выездной семинар в НТЦ ОАО "Нижнекамскнефтехим (2000 г.) и I Поволжскую конференцию по аналитической химии (2000 г.). 
Тематика I Поволжской конференции касалась новейших методов определения малых концентраций веществ, проблем эколого-аналитического контроля, анализа продуктов промышленности нефтехимического комплекса, анализа в потоке жидкости и т.д. Предыдущая конференция с близким содержанием (имеются в виду проблемы и методы анализа) проходила в Казани почти 40 лет тому назад (1962 г.). Как и о выездной сессии комиссии по электрохимическим методам информация о последней конференции была опубликована в "Журнале аналитической химии" (2002 г.).
На этих встречах подтвердилось ранее сделанное наблюдение, что большая часть выпускников химического факультета работает в сфере, связанной с аналитическим контролем (экологические службы и лаборатории предприятий, санэпиднадзор, криминалистическая эксперитиза и т.д.). Выводы из профессиональных контактов последнего периода деятельности не только кафедры, но и факультета, очевидны: необьходимо повысить уровень преподавания аналитической химии в его базовой составляющей, т.е. не столько качество лекционного курса (в принципе, он был на необходимом уровне всегда), сколько лабораторного практикума. Без финансирования, т.е. приобретения современного оборудования, здесь уже не обойтись.
Кстати о финансировании науки и образования. История развития науки - это в определенной степени и история ее финансирования, и здесь некоторые исторические факты небезынтересны. Так, Ф.М.Флавицкий за неимением средств не смог поехать на съезд русских естествоиспытателей и врачей в 1879 году. Устное сообщение по терпенам за него сделал Н.А.Меншуткин, известный физико-химик, а А.М.Бутлеров и Н.Н.Зинин об этих работах Ф.М.Флавицкого доложили на собрании академии наук в Санкт-Петербурге. Лишь год спустя (1882 г.) Ф.М.Флавицкому увеличили доцентский оклад на 300 рублей в год. А.М.Васильев также в своих исторических статьях отмечал периоды весьма слабого финансирования университетской науки.
Слабое финансирование кафедры связано еще и с тем, что она не имела  в своем составе исследовталеьской лаборатории, приборный парк которой мог бы быть включен в учебный процесс.
В "имидже" выпускника химического факультета, его аналитическая составляющая всегда была выше формально его пятой части (если считать по числу кафедр факультета). Между прочим, профессиональные  контакты с выпускниками кафедры позволяют еще раз отметить роль проблемных лекций в выживаемости знаний, способствующих set up the brains to think (из письма выпускницы кафедры 1980 года Раисы Кофман, работающей сейчас в хромтаографическойц лаборатории одной из фармацевтических фирм Нью-Иорка (США).

15.1. Исследователи-педагоги кафедры аналитической химии

В настоящее время центральной фигурой в обучении становятся преподаватели, сами работающие в науке, - в этом случае знания идут из первых рук от профессионалов, живущих в мире науки. Деятельность ведущих педагогов - исследователей, интересы которых связаны с аналитической химией, может представлять интерес для тех, кто связывает себя с историей alma mater. О других участниках событий в университете речь шла в других разделах книги. Г.К.Будников оказался здесь только как заведующий кафедрой периода работы над книгой.
А.М.Васильев. Профессор А.М.Васильев является основателем кафедры аналитической химии в Казанском университете. 
Алексей Михайлович Васильев родился 23 марта (по старому стилю) 1882 года в г. Иргиз  бывшей Тургайской области в семье врача. Среднее образование А.М.Васильев получил в Пермской классической гимназии. В 1902 году А.М.Васильев поступил в Казанский университет. Его учителями были профессора Ф.М.Флавицкий, А.М.Зайцев и Гольдгамер. За работу, выполненную студентом А.М.Васильевым на предложенную факультетом тему, он был награжден золотой медалью.
А.М.Васильев окончил Казанский университет в 1908 году c дипломом первой степени и был рекомендован профессором Ф.М.Флавицким для подготовки к профессорскому званию. А.М.Васильев подготовил и прочитал ряд курсов по разделам аналитической химии: "Газовый анализ", "Качественный анализ", "Количественный анализ". Область его профессиональных интересов в первые годы научной деятельности находилась в русле исследований, проводимых профессором Ф.М.Флавицким в области кристаллогидратов и эвтектик. Но уже в ранний период научной деятельности А.М.Васильева появляются работы по аналитической химии. Первая работа в этой области "К вопросу о весовом определении азотной кислоты нитроном" была опубликована в "Ученых записках Казанского университета" в 1910 году.
 А.М.Васильеву принадлежит большая заслуга в организации самостоятельной кафедры аналитической химии в Казанском университете, как отмечалось выше. В 1918 году учреждаются особые профессуры по аналитической и физической химии, а в следующем году были выделены в самостоятельные единицы лаборатории аналитической и физической химии. Лаборатория аналитической химии объединила существовавшие до того времени раздельно качественный и количественный анализ.
В 1918 году декретом Совнаркома Российской Федерации А.М.Васильеву было присвоено ученое звание профессора. Через 20 лет в июне 1938 года приказом Высшей Аттестационной комиссии он был утвержден в ученой степени доктора химических наук (без защиты диссертации) и ученом звании профессора.
А.М.Васильев был очень образованным человеком, владел иностранными языками, был начитан, постоянно много читал и следи за новинками в научной литературе. По своему характеру он был очень добрым и мягким. Из всех экзаменаторов кафедры (А.М.Васильев часто привлекал для приема экзаменов у студентов своих сотрудников) студенты предпочитали попасть именно к нему. Профессор А.М.Васильев неоднократно выступал в качестве официального оппонента по кандидатским и докторским диссертациям и всегда старался подчеркнуть положительные стороны рецензируемых работ.
Лекции А.М.Васильева отличались глубиной, интересными идеями, хотя и не всегда были доступны пониманию студентов второго курса. А.М.Васильев общий курс аналитической химии читал своеобразно. Обычно они проходили в Бутлеровской аудитории. Из воспоминаний В.М.Гороховского (аспиранта А.М.Васильева) многие из студентов понимали  эти лекции с трудом. А.М.Васильев любил проводить вычисления и решать различные задачи во время лекций. Не всех лекции завлекали, даже и тех, кто потом шел в аспирантуру по кафедре аналитической химии. Однако глубина мысли лектора присутствовала всегда. Вспоминается как студенты - дипломники, посещавшие лекции А.М.Васильева с целью подготовки к государственным экзаменам говорили: "Как Алексей Михайлович стал хорошо читать!". Действительно, для более подготовленных слушателей лекции профессора А.М.Васильева воспринимались хорошо. Большой заслугой А.М.Васильева является составленный им и изданный "Сборник задач по аналитической химии", выдерживший  впоследствии несколько изданий.
К сожалению, А.М.Васильев очень много курил. В письменном столе его кабинета  в университете постоянно хранились пачки табака. По-видимому, это и привело к развитию тяжелой болезни легких. В марте 1956 года в возрасте 74 лет Алексей Михайлович Васильев скончался.
А.И.Костромин. Александр Иванович Костромин стоял у истоков кулонометрического анализа не только в Казанском университете, но и за его пределами. Этот метод электроанализа он поставил на кафедре, развил до уровня, с которого можно было оценить перспективы применения к различным классам органических соединений.
А.И.Костромин родился 1 августа 1913 года в селе русский Кугунур Куженерского района Вятской губернии (ныне Кировская область). В 1930 году поступил в Лубянский сельскохозяйственный техникум. После окончания техникума был направлен на работу в Амурскую область агрономом. Откуда он был призван в ряды РККА в Манчжурии. После службы в армии в 1938 году поступил на химический факультет Казанского университета. Учебу в университете вскоре пришлось прервать, причем дважды: в 1939 году в связи с войной с Финляндией, а затем - на весь период Великой Отечественной войны. А.И.Костромин участвовал в боевых операциях и получил ранение. На факультет вернулся после войны в 1946 году, имея боевые награды: орден Красной Звезды и медали.
В 1948 году А.И.Костромин закончил химический факультет КГУ. В период 1948 - 1951 годов учился в аспирантуре на кафедре аналитической химии под руководством профессора Васильева А.М. После успешного окончания аспирантуры он в 1952 году защитил диссертацию на тему "Амперометрическое определение бериллия и его соединений". Диссертация имела гриф, поскольку бериллий имел прямое отношение к оборонной промышленности. Вскоре ему присудили ученую степень кандидата химических наук.
С сентября 1951 года Костромин А.И. работает на кафедре аналитической химии сначала в должности ассистента, затем старшего преподавателя, а с 1954 года по 1986 год в должности доцента кафедры.
А.И.Костромин вел большую педагогическую  работу на кафедре. Читал общие курсы лекций по аналитической химии для студентов биологического и геологического факультетов, специальные курсы "Анализ металлов", "Теоретические основы аналитической химии" и "Физико-химические методы анализа" для студентов химического факультета. Много энергии и сил он отдавал организации научной работы студентов-курсовиков, дипломников и аспирантов; постоянный лектор от кафедры по ряду курсов на вечернем отделении химического факультета.
Научная работа Костромина А.И. была посвящена исследованиям в области кулонометричесикх методов анализа. Он впервые начал использовать активные электроды для генерации кулонометрических титрантов в водных и водноорганических средах. Под его руководством выполнены 8 диссертаций аспирантами, 7 из которых успешно защищены с присуждением степени кандидата химических наук.
За время работы в университете А.И.Костромин вел большую общественную работу. В 1965-1968 годах он избирался на должность декана химического факультета, был секретарем партбюро факультета, членом и председателем профкома университета, а также членом и заместителем ответственного секретаря парткома университета.
А.И.Костромин оставил о себе добрую память на кафедре, факультете, да и в университете вообще как преданный своему любимому делу - служению отечественной науке - ученый, отзывчивый руководитель дипломных и аспирантских работ с добрейшей душой, имеющий богатый жизненный опыт, с которым щедро делился и этим привлекал к себе молодежь. Г.К.Будников еще на втором курсе обучения оказался в его лаборатории. Полярографическое изучение комплексообразования в растворах ионов свинца (II) с ионами фталевой кислоты, выполненное под руководством А.И.Костромина, завершилось публикацией в "Ученых записках Казанского университета" (1957). Эта была первая публикация Г.К.Будникова со своим научным руководителем. Она и решила его выбор при распределении по кафедрам на химическом факультете.
А.И.Костромин любил природу, свой родной край. Он был прекрасным семьянином, крестьянские корни объясняли его пристрастие к работе в собственном саду. Как садовод, он был профессионалом. 
А.И.Костромин любил подтрунивать над В.В.Евдокимовым, ассистентом кафедры аналитической химии, который к науке относился скорее философски, но делал это с мягкой душой. Они часто получали вдвоем задание по линии парткома КГУ "вывезти" студентов на сельскохозяйственные работы: А.И.Костромин и В.В.Евдокимов - один с хозяйственным взглядом и жизненным опытом, другой - с музыкальным образованием и музыкальной культурой, которые объясняли его ироническое отношение к той действительности.
Ю.Н.Поляков. Юрий Николаевич Поляков одним из первых освоил на кафедре, как говорят иногда, технику микроаналитических операций. Он был весьма остроумным аналитиком-экспериментатором, чей новаторский талант длительное время способствовал продвижению физико-химических методов на кафедре, особенно специальных практикумов.
С его именем на кафедре связано много событий и достижений прежде всего в учебном процессе. В научном плане он первым начал применять так называемой метод АПН, или амальгамную полярографию с накоплением, впоследствии получившую название инверсионная вольтамперометрия (ИВА). Ю.Н.Поляков собственноручно собрал сложную лабораторию для хроматографического анализа чехословацкого производства, которая дошла до кафедры не в лучшем виде.
Ю.Н.Поляков родился 23 марта 1934 года в г.Воронеж. В начале Великой Отечественной войны под бомбежками, вместе с семьей он был эвакуирован в г.Казань, который и стал ему родным городом до конца жизни. Школу № 94 он окончил с золотой медалью. На доске выпускников - медалистов этой школы его имя написано золотыми буквами. Со школьных лет он увлекался химией, организовывал химические вечера, любил показывать эффектные опыты, чем привлекал внимание учеников других классов. Не в последнюю очередь эти эксперименты повлияли на выбор факультета при поступлении в КГУ выпускников школы. Так,  Г.К.Будников, будучи учеником восьмого класса той же школы, впоследствии отмечал роль этих химических вечеров, которые успешно проводил Ю.Н.Поляков.
По окончании университета Ю.Н.Поляков два года работал в центральной заводской лаборатории моторостроительного завода в Казани. Эти годы ему дали очень много полезного: приучили к строгому порядку ведения документации, расширили кругозор химика - практика. Работая на заводе, он пришел к твердому убеждению, что границ совершенствования не существует и что наука ему по духу ближе, чем практика заводской лаборатории. В 1959 году он поступает в аспирантуру при кафедре аналитической химии к доценту А.А.Попелю. Под руководством А.А.Попеля он выполняет исследования и защищает в 1965 году кандидатскую диссертацию на тему "Некоторые вопросы аналитического и физико-химического применения метода амальгамной полярографии с накоплением" В этот период Ю.Н.Поляков уже был на должности ассистента кафедры, завершая обучение в заочной аспирантуре.
Ю.Н.Поляков имел способности блестящего экспериментатора, он не только правильно и продуманно организовывал эксперимент, но всегда эстетически высоко его оформлял. В те годы промышленность, выпускающая аналитическое оборудование, в том числе и для учебных целей, не очень-то баловала научных работников различными научно-техническими приспособлениями. Рабочее место Ю.Н.Полякова всегда имело привлекательный вид: тефлоновые ячейки, аккуратно подогнанные крышки, электроды вмонтированы так, что не имели люфта, маркированные провода различных цветов - все было продумано и очень красиво и надежно выполнено. В нем удачно сочетались научная мысль с инженерной, что среди химиков-аналитиков встречается не так уж и часто.
На кафедре Ю.Н.Поляков был почитаем всеми аспирантами. Он всегда приходил на помощь любому, кто просто нуждался даже в небольшом содействии. Ю.Н.Поляков имел для этого целое хозяйство: приборы, реактивы, инструменты, провода, посуду и т.д., и в нужный момент оказывался на месте и быстро поделовому наводил порядок. В итоге - прибор работал, самописец регистрировал, установка  "фурычила".
Ю.Н.Поляков постоянно пополнял свои знания. Область его интересов была весьма широка. Помимо химии, он интересовался историей, любил музыку, причем, пожалуй, в большей мере современную, молодежную. Он любил родной край, лес, Волгу; знал толк в грибах и любил их собирать. Своими руками он построил дачу по собственному проекту, прочитав уйму книг по строительству. А в конце своей жизни он построил загородный дом, тоже в основном сам,  как он горько шутил: "Строю себе памятник".
У Юрия Николаевича была по-русски широкая душа: "...любить, так любить, гулять, так гулять". Он обожал застолья и шумное веселье.
В научной работе он тоже всегда был энтузиастом. Еще в студенческие годы Ю.Н.Поляков освоил радиохимический метод анализа, активно участвовал в установке оборудовании радиационной лаборатории при кафедре. Под руководством А.А.Попеля один из первых провел исследования с мечеными атомами, которые завершились разработкой способа определения микроколичеств кальция.
В более зрелые годы Ю.Н.Поляков в основном занимался инверсионной вольтамперометрией. Им было изготовлено большое число различных электродов и различной конструкции ячеек - все своими руками: сам точил, паял, сверлил, доводил до "ума". Его аспиранты не имели проблем в техническом плане. Загораясь какой-либо идеей, Ю.Н.Поляков осуществлял ее в опыте, однако порой "угасал", когда доходило дело до письменного оформления результатов эксперимента. Больше всего он не любил писать статьи. И тем не менее список его трудов не так уж и мал. Библиография его трудов насчитывает около 100 публикаций, среди которых около 10 авторских свидетельств.
Ю.Н.Поляков недоброжелательно относился к тем, кто добивался "высот" не столько за счет собственного труда, сколько за счет так называемой предприимчивости, коммуникабельности, умения войти в доверие. Это неприятие распространялось и на покровителей таких "деятелей".
Ю.Н.Поляков ушел из жизни в расцвете своих творческих сил и планов. Скончался Ю.Н.Поляков 20 марта 2000 года.
А.А.Попель.  Большой вклад в развитие аналитической химии в Казанском университете внес Андрей Алексеевич Попель. По случаю 200-летия КГУ недавно был опубликован замечательный очерк, подготовленный учениками А.А.Попеля (З.А.Сапрыкова, Ф.В.Девятов. Андрей Алексеевич Попель,. Казань: Изд-во КГУ, 2001), в серии "Выдающиеся ученые Казанского университета". В этом очерке подробно описаны жизнь и научная деятельность профессора А.А.Попеля, яркого представителя Казанской школы химиков, основоположника магнитно-релаксационного метода исследования и анализа неорганических веществ в растворах. Поэтому здесь дается краткая биографическая справка о деятельности А.А.Попеля в период его работы на кафедре аналитической химии КГУ. 
А.А.Попель родился 25 октября 1919 г., в 1941 году окончил химический факультет Казанского университета. В годы Великой Отечественной войны работал на Казанском оптико-механическом заводе в центральной заводской лаборатории. Там он прошел хорошую школу химика-аналитика. Поэтому не случайно после окончания войны Андрей Алексеевич поступает в аспирантуру при кафедре аналитической химии под руководством профессора А.М.Васильева. А.А.Попель выполнил и успешно защитил кандидатскую диссертацию на тему "Применение метода амперометрического титрования в анализе катионов второй аналитической группы". После защиты диссертации А.А.Попель продолжает работать на кафедре в должности ассистента, а затем доцента. Он читает специальные курсы, руководит дипломными и курсовыми работами студентов, а затем и диссертационными работами аспирантов и сотрудников кафедры.
Годы, когда А.А.Попель работал на кафедре, были наиболее интересными в жизни кафедры. С Андреем Алексеевичем очень полезно было обсуждать многие вопросы научной и учебной работы.
В первое время после защиты диссертации А.А.Попель продолжал заниматься амперометрическим методом и его применением для решения прикладных задач, результаты которых находили дорогу в заводские лаборатории ряда предприятий Казани. Но А.А.Попеля уже в то время привлекали новые методы исследования. В 50-ые годы прошлого столетия его заинтересовал метод меченых атомов, тогда еще новый способ определения следовых количеств неорганических соединений.  Ему принадлежит заслуга в организации специальной лаборатории на химическом факультете КГУ для работы с радиоактивными изотопами. В этих исследованиях принимали участие дипломники и студенты младших курсов химического факультета. 
В конце 50-ых годов кафедра установила контакт с Татсовнархозом и получила задание по разработке способов и выполнению серии анализов для предприятий Казани и Татарстана. Позднее на этой основе была организована отраслевая лаборатория, в работе которой деятельное участие принял и А.А.Попель как руководитель. Разработанные под его руководством методики анализа сплавов и электролитов гальванических ванн успешно использовались в заводских лабораториях. Позднее этот опыт был обобщен и отражен в книге А.А.Попеля "Ускоренные методы анализа электролитов гальванических ванн" (Казань: Изд-во КГУ, 1962 г.). Эта книга не утратила своего значения и в настоящее время. А.А.Попель занимался исследованиями комплексообразования в растворах с применением физико-химических методов, как и большинство сотрудников кафедры аналитической химии. Его заинтересовали работы казанских физиков А.И.Ривкинда и Б.М.Козырева в области ЯМР и возможности этого метода для изучения комплексообразования. А.А.Попель решил серьезно заняться исследованиями в этой области, понимая, что для выполнения поставленных задач необходимо иметь в своем  распоряжении соответствующее оборудование. Здесь также проявились его организаторские способности и энергия для создания необходимых приборов.
Важным результатом упорного труда и целеустремленных исследований стал разработанный А.А.Попелем магнитно-релаксационный метод анализа, основанный на измерении скоростей спин-решеточной и спин-спиновой релаксации ядер в растворах парамагнитных ионов. Были предложены различные варианты метода, в их числе магнитно-релаксационное титрование. К исследованиям в этой области привлекались студенты и аспиранты кафедры аналитической химии.
Первая кандидатская диссертация в новой для кафедры области магнитно-релаксационного метода была выполнена и успешно защищена аспирантом кафедры Е.Д.Гражданниковым ("Химические факторы магнитной релаксации ядер фтора и протонов в растворах парамагнитных ионов", Казань, 1964 г.).
В 1965 году А.А.Попель был избран заведующим кафедрой неорганической химии КГУ, и вся его группа сотрудников вместе с ним перешла на эту кафедру. Исследования в области метода ядерно-магнитной релаксации были успешно затем продолжены на кафедре неорганической химии.
В 1969 году А.А.Попель, завершив обобщение материала, полученного в ходе многолетних исследований реакций комплексообразования в растворах с применением магнито-релаксационного метода, представил в Ученый Совет химического факультета КГУ докторскую диссертацию на тему: "Применение ядерной магнитной релаксации в неорганическом анализе". Защита прошла успешно. На защите выступили приглашенные на заседание Совета известные специалисты в области радиоспектроскопии и химических ее приложений, вклад которых в развитие этой области наук принес известность Казанской физической школе (С.А.Альтшулер, Б.М.Козырев, А.М.Ривкинд, К.А.Валиев), а также видные физико-химики (А.Ф.Богоявленский, А.И.Бусев).
Основы развитого А.А.Попелем метода и области его практического применения отражены в монографиях автора "Применение ядерной магнитной релаксации в неорганическом анализе" (Казань: Изд-во КГУ, 1975 г.) и "Магнитно-релаксационный метод анализа неорганических веществ (М.: "Химия", 1978 г.).
В этих книгах очерчены границы применимости метода, его аналитические возможности, преимущества и ограничения по сравнению с другими физическими методами, которые применяются при изучении растворов. Работы А.А.Попеля получили известность и дальнейшее развитие не только в Казани, но и в других научных центрах СССР.
Как ученый, А.А.Попель относился к числу новаторов, для которых характерен постоянный поиск, нескрываемый интерес ко всему новому и в то же время критическое отношение к своим результатам. Когда впервые заговорили об экстракции как методе концентрирования (середина 50-х годов), А.А.Попель один из немногих сумел приобрести тезисы международной конференции и тут же ознакомил с ними студентов химического факультета и дал общую схему возможных применений метода в аналитической химии. Тогда это было, как говорят, "в диковинку". Правда, это не нашло дальнейшего развития в деятельности А.А.Попеля в тот период. 
А.А.Попель был глубоко интеллигентным человеком. В людях он ценил прежде всего профессионализм и порядочность. Не любил неискренних людей и мог быстро их распознавать. Его оценки людей были точными и порой бескомпромиссными. Однако он никогда не унижал тех, кому отдавал  "должное". Он иногда отмечал, что тонкий эксперимент, результатам которого можно будет верить, может провести не каждый. И здесь качество порядочности человека им особо выделялось. Через призму порядочности и интеллекта. А.А.Попель оценивал тех, кто поступал в аспирантуру. Деловые характеристики, которыми он оценивал сотрудников, оправдывались в последствии. Как творческий человек, А.А.Попель был раним. Он имел длительные переживания в связи с переходом на кафедру неорганической химии. В откровенных разговорах он порой сомневался в правильности принятого решения, навеянного скорее обстоятельствами. Кафедра неорганической химии действительно нуждалась в преобразовании, и это мог сделать только ученый - новатор. А.А.Попеля очень уважали и любили студенты. Он часто давал профессиональные советы как поступить, и нельзя было не принять их, так как это было не только доброжелательно, но и дальновидно. 
Непрофессионализм, своего рода "нищету философии" можно, как известно, "прикрыть" по-разному, например, обходительностью, мягкостью в общении, умении идти навстречу по пустякам и т.д. (что в общем-то может быть и неплохо). А.А.Попель таких людей не привечал.
Скончался А.А.Попель на 58-ом году жизни 18 января 1977 года. Он рано ушел из жизни. На гражданской панихиде декан химического факультета доцент  А.И.Коновалов сказал, что А.А.Попель являл собой сущность факультета как ученый.
Прискорбно отметить, что ректор КГУ, профессор М.Т.Нужин не счел своим долгом выразить соболезнование так, как это делают, прощаясь с ведущими профессорами Университета перед зданием с колоннами.
По случаю 80-летия со дня рождения профессора А.А.Попеля кафедра неорганической химии КГУ и прежде всего его ученики организовали и провели конференцию. Отклики на конференцию были получены из многих городов России. Профессор И.В.Коновалова зачитала ряд писем, присланных бывшими студентами химического факультета того периода, в котором работал доцент А.А.Попель. Было произнесено много хороших и даже восторженных слов (в том числе и в стихах) в адрес преподавателей факультета, в том числе и А.А.Попеля. Одно объединяет все эти письма - ностальгия по тем временам, когда образование ценили, преподаватель-ученый был уважаемой фигурой, наставником молодежи, у которого можно было чему учиться и следовать примеру.
Ю.М.Каргин. Юрий Михайлович Каргин является создателем школы современной электрохимии органических соединений в Казанском университете. Это при нем получило хождение аббревиатура ЭХОС, произносивший которую автоматически при этом подразумевал  имя Ю.М.Каргина. Он родился 24 ноября 1931 года в г.Тюмени в семье военнослужащего. В 1949 году он окончил среднюю школу в г.Ульяновске и поступил на химический факультет Казанского университета. После окончания университета, в 1954 году, Ю.М.Каргин был зачислен в аспирантуру при кафедре аналитической химии. С 1957 года после окончания аспирантуры работал на той же кафедре ассистентом.
В настоящее время профессор Ю.М.Каргин пребывает в Канаде. Он согласился написать краткий очерк о своей работе, фрагменты которого следуют ниже. Эти фрагменты относятся только к периоду его деятельности на кафедре аналитической химии КГУ.
На выбор первоначальной химической специализации, как пишет Ю.М.Каргин, повлияло несколько факторов, среди которых определяющую роль на первом этапе играли весьма приятные личные взаимоотношения с ведущими сотрудниками кафедры. Яркие впечатления создавали и решавшиеся научные задачи. 
Ведущим научным направлением кафедры аналитической химии тех лет (ранние 50-ые годы) были проблемы комплексообразования ионов металлов с органическими лигандами в водных растворах, бесспорным лидером которого была В.Ф.Торопова. К концу 50-ых годов  В.Ф.Торопова создала свою собственную научную школу по комплексообразованию серусодержащих органических соединений с ионами металлов. Эти исследования и результаты получили широкую известность  и признание. Сама В.Ф.Торопова  благодаря ее эрудиции и доброжелательности пользовалась  огромным авторитетом среди специалистов-аналитиков и электрохимиков не только Казани, но и далеко за ее пределами. Ее личность и деловые качества производили на Ю.М.Каргина (в то время студента химического факультета) сильное впечатление и послужили в дальнейшем решающим фактором при выборе узкой химической специальности в конце третьего курса у ряда студентов, в том числе и у Ю.М.Каргина. 
В то время при консультациях В.Ф.Тороповой на кафедре молекулярных и тепловых явлений физико-математического факультета были начаты весьма успешно аспирантские исследования Р.Ш.Нигматуллиным и Н.М.Поздеевым, направленные на разработку физических основ и создание соответствующей аппаратуры для новых методов электроанализа ( так называемая "осциллографическая полярография", сейчас ее называют циклическая вольтамперометрия). Эти работы получили в дальнейшем широкое развитие на кафедре теоретических основ радиотехники  и радиоэлектроники Казанского авиационного института под руководством профессора Р.Ш.Нигматуллина.
Напомним, что персональный состав кафедры аналитической химии того времени производил сильное впечатление (профессор А.М.Васильев, доценты В.Ф.Торопова, А.А.Попель, А.И.Костромин, кандидат наук В.М.Гороховский и др.). Все они пользовались большим авторитетом у студентов. 
Дипломная работа Ю.М.Каргина была связана с применением метода осциллографической полярографии к процессам восстановления некоторых ионов металлов и выполнялась под руководством В.Ф.Тороповой и Р.Ш.Нигматуллина. При поступлении в  аспирантуру  А.М.Васильев поставил задачу так называемых "четырех девяток", т.е. определения примесей  с суммарным их содержанием 0,01% -  с использованием одного из вариантов полярографии. Ранней осенью 1955 года по рекомендации и с личным письмом А.М.Васильева тогдашнему директору ГЕОХИ академику А.П.Виноградову Ю.М.Каргин получил возможность кратковременной стажировки в этом ведущем аналитическом центре в лаборатории профессора Д.И.Рябчикова под руководством Я.П.Гохштейна, видного специалиста в области электроаналитического оборудования.
После возвращения из Москвы в Казань Ю.М.Каргин подробно рассказал А.М.Васильеву о результатах стажировки и многочисленных дискуссиях с Я.П.Гохштейном. В то время А.М.Васильев был серьезно болен и практически не выходил из дома, а весной следующего года он скончался. 
 С учетом аналитического характера задач будущей диссертации Ю.М.Каргина еще при жизни А.М.Васильева было принято решение выбрать в качестве метода контроля  малых концентраций ионов металлов разностную осциллографическую полярографию. На кафедре молекулярной физики университета Н.М.Поздеевым в тот момент была завершена кандидатская диссертация, посвященная разработке этого метода и созданию прибора для регистрации так называемых "разностных кривых". Защита диссертации Н.М.Поздеева, к сожалению, задерживалась из-за отсутствия необходимых к тому времени публикаций по теме его исследования, и Н.М.Поздеев уехал в Уфу по месту своей работы. Ю.М.Каргину не удалось использовать в своей работе созданную им аппаратуру и в течение полугода при поддержке Р.Ш.Нигматуллина ему пришлось изготавливать ключевой блок, дополнять им  прибор Р.Ш.Нигматуллина, а затем приступить непосредственно к химическим экспериментам. К концу аспирантского срока основная часть диссертации была завершена, но задержка с публикацией результатов в "Ученых записках Казанского университета" и желание дополнить полученные аналитические результаты данными по предварительному накоплению (концентрированию) определяемого металла на электроде подтолкнуло  Ю.М.Каргина к продолжению исследования. Из-за его загруженности учебными занятиями со студентами дневного и (только что открывшегося) вечернего отделения дополнительные эксперименты заняли два года и диссертация была защищена  летом 1960 года.
Диссертация получилась цельная, и защита на Совете в КХТИ прошла успешно. Более того, на защите выступил член диссертационного совета, патриарх Казанской химической школы академик  А.Е.Арбузов. Он предложил отметить защиту "отличием". Его выступление, несмотря на необычный характер сделанного предложения, произвело сильное впечатление на присутствовавших на этом заседании Совета. Тогда защиты (даже кандидатских диссертаций) были редким событием и, естественно, привлекали к себе внимание, тем более, что лишь некоторое время тому назад прошла очередная реорганизация ВАК`а, в результате которой были введены новые требования к защитам (обязательно проводить защиту на Совете при другой организации, вводилось понятие ведущего предприятия, официальный отзыв которого на диссертацию требовалось получить заранее и т.д.). Для Ю.М.Каргина напряженная работа над непростыми аналитическими задачами диссертации и многочисленные обсуждения с коллегами научных и организационных вопросов были очень хорошей школой. Особенно полезными были "разговоры" с А.А.Попелем.
По мнению Ю.М.Каргина, А.А.Попель был чрезвычайно интересным человеком,  талантливым ученым и организатором. На его глазах в течение нескольких лет  А.А.Попель настойчиво искал свою научную проблему, поработав с  органическими реагентами, радиоактивными индикаторами в реакциях соосаждения и концентрирования, электрохимическим концентрированием на неподвижных электродах. 
В последние годы его жизни, когда Ю.М.Каргин стал заведующим кафедрой физической химии, они часто общались друг с другом в узком кругу, как на работе, так и в домашней обстановке, продолжая  порой долгие  дискуссии, начавшиеся еще в  студенческие годы Ю.М.Каргина.
С нового  1960/1961 учебного года, после  защиты Ю.М.Каргиным диссертации, он был переведен на кафедру физической химии, на которой была перспектива получить доцентскую должность. К началу семестра он подготовил и прочитал курс физколлоидной химии студентам геологического факультета, проводил лабораторные занятия по физической и коллоидной химии, руководил производственной  и педагогической практикой. 
Одновременно Ю.М.Каргин продолжал исследования электродных процессов с участием ионов металлов и заинтересовался  наблюдавшимся экспериментально   взаимным влиянием металлов в амальгаме. Эти наблюдения открывали путь  к изучению свойств  интерметаллических соединений. Его также увлекала проблема вероятной роли электрохимических свойств комплексов металлов, в особенности, кинетики электронного переноса в процессах образования осадка металла при электроосаждении.  Однако, все эти планы ему пришлось вскоре изменить. При обстоятельствах, на которые влияли семейные проблемы, Ю.М.Каргин переходит на работу в новый Институт органической и физической химии. В этом институте Ю.М.Каргину и удается создать то, что получило краткое название ЭХОС. 
Некоторое время Ю.М.Каргин имел рабочее место на кафедре органической химии КГУ в лабораторной комнате Е.А.Бердникова, его бывшего дипломника по кафедре аналитической химии. За год  до этого Е.А.Бердников был принят в проблемную лабораторию при кафедре органической химии к Б.А.Арбузову. Ему было поручено проверить полярографическим методом способность фосфорилированных гидразонов к таутомерным превращениям в растворах в духе работ А.Е.Арбузова, Ю.П.Китаева, Г.К.Будникова, о которых речь будет идти ниже. Так что первые "консультации" по полярографии органических соединений Ю.М.Каргин получал от своего бывшего дипломника, который к тому моменту уже имел определенные представления об этой области науки. 
Как А.А.Попель, так и Ю.М.Каргин были требовательны к себе и своим сотрудникам. Это заметно проявлялось на стадии экспертизы диссертаций. В свое время А.А.Попель не поддержал идею создания Совета по защитам при химическом факультете по специальности аналитическая химия, и аспиранты вынуждены были защищать свои работы на Советах в других городах (см. обобщающие таблицы по кандидатским диссертациям по разделам выше). Ю.М.Каргин всегда проявлял активность на защитах. Практически ни одна работа, будь то дипломная или кандидатская диссертация, не оставалась без его пристального внимания. Однако постепенно его интерес к работе в Совете при химическом факультете КГУ стал угасать. На то были свои причины. Он иногда выражал свое несогласие с мягкой оценкой при экспертизе некоторых диссертаций, чувствовал себя при этом дискомфортно, сравнивая при этом более творческую обстановку и открытость при обсуждении диссертаций на Совете в КХТИ (КГТУ), в котором он также весьма активно работал как член Совета. 
Ю.М.Каргин "брал себя в руки" и старался казаться спокойным вместо того, чтобы упрекнуть выступающего на различных заседаниях в незнании, некомпетентности, поверхностном взгляде на различные вещи, которые скрывались порой реторикой, в отсутствии, как он отмечал в узком кругу, концепций и видения дальнейшего хода событий. К сожалению, здесь он  часто был прав. Ю.М.Каргин интересовался историей кафедры аналитической химии, в том числе и вопросами оценки эффективности деятельности ученых,  и подталкивал к написанию книги о ней. Это неудивительно, поскольку для него кафедра была колыбелью методологии познания химии вообще, которая в итоге привела к созданию научной школы электрооргаников.
Его выход из Совета по защитам в университете, как и отмеченный выше эпизод с решением А.А.Попеля не поддержать Совет, по всей вероятности, имеет одну причину - свой особый взгляд на отдельные стороны деятельности сообщества химиков вообще.
Ю.М.Каргин всегда стремился отыскать движущую силу многостадийных электроорганических реакций, установить факторы, определяющие ток и потенциал, выявить скрытые стадии и получить в итоге ясную картину процесса на электроде, а вместе с тем и удовольствие, которое достигают, например, в хорошо сыгранной шахматной партии (он был неплохой шахматист).
Вспоминается случай, когда он "жюрил" аналитиков (выступая в качестве оппонента диссертаций) за то, что они недостаточно уделяют внимания выяснению всех деталей механизма реакций на электроде, на которых строится способ определения концентраций.
Ю.М.Каргина единогласно выдвинули на почетное звание "Заслуженного деятеля науки Российской Федерации", как на факультете, так и на большом Совете КГУ. Однако, видимо, переоценка ценностей в науке и жизни уже произошла. Он не стал прилагать усилия для последующего оформления дел.... Ю.М.Каргину не объявили благодарности за длительную и плодотворную работу, когда он ушел с должности заведующего кафедрой физической химии КГУ.
Ю.М.Каргин как и А.А.Попель посвятили кафедре аналитической химии многие годы жизни и стали потом известными благодаря своим работам в других, хотя и смежных областях химической науки Подобная ситуация в целом типична для кафедры аналитической химии  в нашей стране и за рубежом. Так считает, например, профессор Л.Н.Москвин, заведующий кафедрой аналитической химии Санкт-Петербургского университета ("Журнал аналитической химии, 2001. № 7).
Выпускник кафедры по аспирантуре В.Н.Майстренко и некоторые другие выпускники, кстати, входят в группу таких ученых. Почему такое происходит? Ответ связан со спецификой аналитической химии как области знания, считает Л.Н.Москвин. Все химики-экспериментаторы являются в той или иной степени аналитиками. Методы анализа они используют для обеспечения доказательной базы в своей работе. Но если возникает ситуация, в которой движение вперед замедляется из-за отсутствия адекватных методов анализа, то талантливые ученые, независимо от того, в какой области химии они работают, сами создают новые методы исследования и анализа. С помощью этих методов они решают возникшие проблемы. Этап работы, выполненный аналитиком, не проходит даром. Известность приходит к ним уже и в смежной области знаний. Главное здесь - глубокое понимание предмета, чем всегда выделялись и А.А.Попель и Ю.М.Каргин.
В.Ф.Торопова. В становлении и развитии электрохимических методов исследования и анализа, а также кинетических методов в Советском Союзе большой вклад внесла Вера Федоровна Торопова. Она родилась 20 ноября 1915 года  в городе Молога Ярославской губернии, в городе, которого, как она часто шутит, уже нет. Он, действительно, в настоящее время находится под водой: затоплен в свое время в связи с известным преобразованием реки Волги. В Казанский университет В.Ф.Торопова поступила в 1935 году. "У меня выявилась вполне определенная склонность и любовь к изучению химии на более широкой научной основе. Добросовестный и любящий дело химик полезнее, чем плохой инженер, поэтому прошу Вас дать мне возможность продолжить свое химическое образование в университете", - так писала Вера Торопова, будучи в  то время студенткой Казанского химико-технологического института, в заявлении на имя ректора КГУ. Ее желание сбылось. В ее зачетной книжке были только отличные оценки, и химический факультет КГУ она закончила с дипломом первой степени.
Затем аспирантура и успешная защита кандидатской диссертации "Полярографическое исследование устойчивости некоторых комплексов железа и меди с карбоновыми кислотами" в  июне 1941 года, за день до начала Великой Отечественной войны.
Этой работой было положено начало развитию электрохимических методов исследования и анализа не только в Казанском университете. В.Ф.Торопова стояла у истоков применения полярографии в СССР вообще.
В трудные военные годы В.Ф.Торопова работала на оборонном заводе, а в 1943 году вернулась на кафедру аналитической химии КГУ. Успешно сочетая педагогическую деятельность с интенсивной научно-исследовательской работой, В.Ф.Торопова  в 1959 году защищает докторскую диссертацию на тему "Исследование комплексных соединений металлов в растворах электрохимическими методами". Этот труд и сейчас еще представляет научный интерес, поскольку он обобщает все, что было сделано в области полярографии комплексов за первую половину периода развития метода.
С 1958 по 1986 год В.Ф.Торопова возглавляет кафедру аналитической химии КГУ. В этот период создается казанское сообщество химиков-электроаналитиков, известное и авторитетное в стране и за рубежом. Как вспоминают ее бывшие аспиранты, ставшие сами руководителями различных научных и учебных подразделений НИИ и ВУЗ`ов России,  работа под ее руководством было настоящей школой, которая способствовала генерации идей, научному поиску, воспитывала порядочность, доброжелательность и в то же время - гражданственность.
 Действительно, прошел сравнительно небольшой период времени, и в этой области аналитической химии в Казани появились новые исследовательские группы. И хотя они располагались в разных вузах и институтах и были формально независимы друг от друга, в действительности они были тесно связаны научными интересами, причем без признаков научной конкуренции. И всему этому способствовала весьма доброжелательная атмосфера, царившая в те годы в Казани вокруг В.Ф.Тороповой.
Всесоюзное совещание по полярографии, проведенное в Казани в 1962 году, в числе основных научных организаторов которого  была и В.Ф.Торопова, заметно выделило Казань и ее электроаналитиков среди других городов. На Казань и прежде всего на Казанский  университет, как отмечалось выше, стали смотреть как на крупный научный центр СССР в области электроаналитики. В тот же период на кафедре были проведены практически первые в нашей стране эксперименты с использованием висячей капли ртути для повышения чувствительности определения амальгамаобразующих металлов с осциллополярографической регистрацией сигнала (Ю.М.Каргин). В творческой атмосфере того времени постепенно определились новые направления в области методов электроаналитической химии, в частности, неводная электрохимия, вольтамперометрия хелатов металлов в неводных и смешанных растворителях (Г.К.Будников), комбинированные методы анализа, сочетающие полярографию и экстракцию и многое другое.
Веру Федоровну  характеризует широта научных интересов. Если начальный период развития полярографического метода был связан с исследованием равновесий в растворе комплексных соединений, то впоследствии внимание было переключено на каталитические токи водорода и  окислителей на ртутном электроде, а затем и на различные способы концентрирования, в том числе и электрохимические. Работы В.Ф.Тороповой вместе с учениками по амальгамной полярографии с накоплением (Ю.Н.Поляков), как тогда назывался инверсионный вариант метода, отличались  тщательностью постановки экспериментов, новизной результатов и выводов. 
Список трудов Веры Федоровны  насчитывает более 300 наименований. Под ее руководством коллектив авторов кафедры подготовил и выпустил в свет ряд учебно-методических пособий для студентов-химиков, среди которых и "Сборник задач по аналитической химии", получивший признание во многих университетах нашей страны и активно применяемый сейчас в учебном процессе. Среди ее учеников пять докторов наук и более 60 кандидатов химических наук.
Научные исследования В.Ф.Тороповой постоянно сочетались с интенсивной и плодотворной педагогической деятельностью профессора, заведующего кафедрой, декана химического факультета, члена Ученого Совета университета, а также ряда комиссий Научного Совета по аналитической химии АН СССР. 
Для В.Ф.Тороповой характерны искренняя увлеченность своим делом, стремление выполнить любую работу на максимуме самоотдачи, целеустремленно, ответственно, и в то же время легко и красиво. Своим вниманием, доброжелательностью, поддержкой, отзывчивостью и добротой В.Ф.Торопова радовала и подбадривала окружавших ее сотрудников и многочисленных учеников.
На химическом факультете и в Казанском университете Вера Федоровна известна не только как ученый и педагог. Она увлеченно и плодотворно занималась разнообразной общественной деятельностью: широчайший круг ее интересов - от музыки до спорта, активная жизненная позиция, оптимизм, жизнерадостность, деловитость - все это снискало Вере Федоровне авторитет и уважение университетской общественности.
По случаю юбилея Веры Федоровны, 85-летия со дня рождения, ее многочисленные ученики подготовили книгу "Электрохимические, оптические и кинетические методы в химии". Вся техническая работа, компоновка книги и, как говорят,  отбор содержания были проведены профессорами А.В. Захаровым и Г.К.Будниковым. Содержание книги отражает научные интересы Веры Федоровны, тематику ее многолетних исследований. Книга вышла к указанному сроку. Она дает представление о том, сколько полезного, нужного и важного сделано в той области, в которой был постоянный интерес Веры Федоровны, учениками и учениками учеников юбиляра. Здесь отразилась преемственность в науке, что было особо подчеркнуто  в выступлениях на заседании Совета по случаю юбилея.
Редколлегия "Журнала аналитической химии" в разделе "Хроника" не раз отмечали заслуги В.Ф.Тороповой перед наукой и образованием по случаю юбилейных дат видного ученого-педагога. В.Ф.Торопова включена в справочник "Кто есть кто в Российской аналитической химии" (Москва: Наука, 2000 г.).
Г.К.Будников. Фундаментальные и прикладные исследования Германа Константиновича Будникова относятся к области, которая находится на стыке органического анализа, электрохимии, химии координационных соединений и биохимии.
Г.К. Будников родился  8 октября 1936 году. в г.Москве в семье служащего. После окончания химического факультета Казанского госуниверситета в 1959 году поступил на работу в Химический институт казанского Филиала АН СССР. В этот институт его пригласил к.х.н. Ю.П.Китаев. В исследовательской группе Ю.П.Китаева среди прочих проблем, разрабатываемых в лаборатории директора института академика А.Е.Арбузова, большое внимание уделяли полярографическому изучению различных азометиновых соединений - продуктов конденсации альдегидов и кетонов с гидразинами, семи- и тиокарбазидами и другими соединениями, содержащими в структуре активную NH-2- группу. Если быть более точным, то Г.К.Будников в этой лаборатории появился еще почти за год до окончания университета, приступив к выполнению дипломной работы по теме, которая была предложена Ю.П.Китаевым. Она была связана с полярографией семи- и тиосемикарбазонов в растворах. В химическом институте царила в целом творческая атмосфера. В сравнительно небольшом коллективе работали известные ученые-специалисты, интересы которых отражали почти все направления исследований Казанской химической школы.
Знакомство с полярографией у Г.К.Будникова, студента  второго курса химического факультета КГУ состоялось раньше, как уже отмечалось, в группе доцента А.И.Костромина. Публикация первой работы, упомянутой выше, весьма положительно сказалась на желании продолжить научные исследования. Следующим наставником по полярографии был старший научный сотрудник Всесоюзного научно-исследовательского кинофотоинститута (Казанский филиал) В.М.Гороховский. Он вслед за А.И.Костроминым приобщил Г.К.Будникова к полярографии. В этом институте он проходил производственную практику на четвертом курсе химического факультета. Результаты этой практики тоже были опубликованы в трудах ВНИКФИ (вольтамперометрия проявляющих агентов, т.е. по-существу антиоксидантов).
В 1960 году Ю.П.Китаев посетил Полярографический институт Чехословацкой академии наук (г.Прага) и договорился о возможном направлении на стажировку Г.К.Будникова. В 1961 году Г.К.Будников, младший научный сотрудник института (и заочный аспирант одновременно) был направлен на полугодичную стажировку в Чехословакию с рекомендательным письмом на имя академика Я.Гейровского, подписанным академиком А.Е.Арбузовым. Я.Гейровский за два года до этого получил Нобелевскую премию. В институте полярографии царила атмосфера творческого подъема и в то же время неформального внимания, порой дружеского отношения со стороны руководства и в первую очередь самого Я.Гейровского и его жены М.Гейровской.
Воспоминания о том периоде были впоследствии опубликованы Г.К.Будниковым в "Журнале аналитической химии" в статье, посвященной 100-летию со дня рождения Я.Гейровского (1990 г.).
Интерес к органической электрохимии Г.К.Будников проявил в заметной мере именно во время этой стажировки. Стажировка проходила в лаборатории Я.Гейровского под руководством известного электроаналитика, автора ряда монографий и учебников,  доктора Р.Кальводы. Тогда впервые был обнаружен эффект увеличения чувствительности определения органических веществ за счет их адсорбции на электроде. Результаты экспериментов, проведенных в Полярографическом институте под руководством Р.Кальводы, были опубликованы в двух журналах на немецком языке и в тезисах очередного совещания по осциллографической полярографии (Смоленице, 1963 г.). Через 2 года эксперименты, проведенные на более совершенной аппаратуре совместно с М.Р.Вяселевым, аспирантом Р.Ш.Нигматуллина, в Казанском авиационном институте показали возможность определения адсорбирующихся органических веществ с использованием вольтамперометрии со ступенчатым поляризующим напряжением на уровне до  10-9 - 10-10 М / л, о чем было сообщено в Докладах Академии наук СССР (1965 г.).
Во время международной конференции по электроаналитической химии  (г.Индианаполис, США, 1993 г.) известный швейцарский специалист по электроанализу и эколого-химическим проблемам профессор Пьер Берзье в ходе обсуждения современных проблем электроанализа вспомнил первые публикации по эффектам адсорбции органических соединений на электродах, повышающей чувствительность регистрируемых сигналов, Р.Кальводы и Г.К.Будникова и назвал последних создателями инверсионной адсорбционной вольтамперометрии. В этом разговоре принимала участие и профессор Х.З.Брайнина (Уральский институт народного хозяйства, Екатеринбург).
Международные контакты, как правило, благотворно влияют на проведение научных исследований, поскольку позволяют быстро оценить свое место в области профессиональных интересов, сопоставить уровень проводимых работ, дают возможность познакомиться с новейшей аппаратурой, да и вообще, познать мир. Симпозиум в Индианаполисе не был исключением. Г.К.Будников был приглашен на него ведущим обозревателем журнала "Current Separation" и сотрудником известной американской фирмы, производящей аналитическое оборудование для биомедицинских целей, "Bioanalytical Systems, Inc", Андрианом Боттом. В Америке, да и, пожалуй, в других странах, действует правило: фирма берет расходы на содержание и оргвзнос, но взамен - пленарный доклад. Видимо, доклад на тему "Прошлое, настоящее и будущее вольтамперометрии в России" пришелся по вкусу организаторам симпозиума, в том числе и президенту фирмы BAS профессору П.Киссинджеру. Результаты поездки в виде отчета были опубликованы в разделе "Хроника" в "Журнале аналитической химии", а также в статье историко-методологического характера в том же журнале, но чуть позднее первой. 
Через семь лет после поездки в США контакты с фирмой BAS возобновились, но уже с помощью е-mail. По линии гранта СRDF (Фонда поддержки развития гражданских исследований), который выиграл Казанский университет, появилась возможность приобрести новейшее оборудование для проведения электрохимических измерений. Президент компании BAS, профессор П.Киссинджер, в личном письме сообщил, что он дает президентскую скидку на стоимость прибора почти на 30%. И, после оплаты за счет гранта, прибор СV-37 прибыл в Казань за 5 дней (!) почтовым отправлением Federal Express. Волокита с оформлением длилась почти 2,5 месяца. Но в итоге все обошлось....
Кандидатская диссертация Г.К.Будникова на тему "Полярографическое исследование семи- и тиосемикарбазонов" была защищена в конце мая 1962 года на Совете при химическом факультете КГУ. Защита проходила в переполненной аудитории, почти при полном составе Совета. В диссертации  были ошибочные заключения о возможной таутомерии этого типа соединений в водно-спиртовых растворах. Ю.М.Каргин и в меньшей степени Е.А.Бердников обратили внимание на невозможность таких превращений, что в итоге оказалось справедливым, поскольку фактор влияния кислорода воздуха не был полностью учтен. Впоследствии Е.А.Бердников совместно с Б.А.Арбузовым провели подобные исследования, но с фосфорилированными гидразонами и показали, что в отсутствие воздуха, т.е., в условиях "чистого эксперимента", подобных превращений не происходит. Защита диссертации Г.К.Будникова прошла успешно при одном "черном шаре" (профессор Л.Г.Берг проголосовал до начала защиты).
В 1966 году Г.К.Будников перешел на работу в университет на кафедру аналитической химии, на которой семь лет тому назад получил специализацию. Ассистент кафедры, затем доцент, профессор по званию и должности с 1978 года.
Содержательная сторона деятельности Г.К.Будникова с сотрудниками рассмотрена в предыдущих главах книги. Поэтому ниже дается краткий перечень проблем, в разработке которых он принимал активное участие и привлекал внимание сотрудников и аспирантов.
Краткая информация о нем опубликована в справочниках "Кто есть кто в Российской аналитической химии" (Москва: Наука, 2000 г.), "Who` s Who in Analytical Chemistry in Europe" (Heidelberg: Springer, 2001 г.)  и  "Who` s Who in The World (New Prowidence: Мarcus, 1999 г.).
Под руководством Г.К.Будникова были разработаны новые комбинированные методы определения на основе сочетания принципов экстракции и электрохимии. Электрохимические исследования органических веществ привели к разработке новых способов их определения с использованием реагентов, возникающих на электроде. Известность получили также исследования каталитических токов выделения водорода в растворах хелатов металлов. Этот эффект позволил разработать методы определения платиновых металлов с очень низкими пределами обнаружения. Научные интересы Г.К.Будникова связаны и с разработкой электрохимических сенсоров с каталитическим откликом для проточного анализа, а также были связаны с другими исследованиями в области электроанализа.
Сочетание ферментативных реакций с использованием иммобилизованных ферментов, в частности, холинэстераз с их амперометрическим и потенциометрическим контролем привели к созданию биохимических сенсоров для эколого-аналитического мониторинга. В последнее время Г.К.Будниковым совместно с сотрудниками  получены важные результаты, позволяющие создавать такие биосенсоры на принципах планарной технологии, что в итоге открывает перспективу их применения в оценке степени загрязнения окружающей среды на уровне долей микрограммов и менее в реальном масштабе времени. К этому важному циклу работ относятся исследования, в которых для повышения селективности определения различных токсикантов, а также для диагностики ряда заболеваний использованы биосенсоры в сочетании с принципами иммуно-химического анализа.
Важные исследования Г.К.Будникова c сотрудниками выполнены в области геохимии нефтей и пермских битумов Татарии. Данные по содержанию микроэлементов в этих объектах были включены в первую монографию о пермских битумах региона и затем использованы при решении вопроса об их генезисе.
Г.К.Будникову принадлежит более 800 публикаций, из которых почти половину составляют статьи, в основном,  в рейтинговых отечественных и зарубежных изданиях, 17 книг, более 20 обзоров и 22 авторских свидетельств. 
Под его руководством защищены 42 кандидатские диссертации, он являлся научным консультантом 6 докторских диссертаций. Из учеников и сотрудников Г.К.Будникова звание "Соросовский профессор" в разное время получили 3 химика-аналитика, а 4 специалиста - звания "Соросовский доцент". Коллектив, возглавляемый Г.К.Будниковым, насчитывает также 6 Соросовских аспирантов и студентов. Г.К.Будников был удостоен звания "Соросовский профессор" в течение всего периода существования международной Соросовской программы ISSEP.
Г.К.Будников неоднократно читал циклы лекций для преподавателей и учителей по линии факультета повышения квалификации при химическом факультете КГУ, а также в университетах региона (Чувашский, Удмуртский, Башкирский) и в Институте повышения квалификации работников образования Республики Татарстан.
 По приглашению он читал лекции в Институте физической химии и электрохимии им. Я.Гейровского (г.Прага, 1997 г.), в университете г.Алеппо (Сирия, 1997 г.), Всекитайской академии наук по окружающей среде и Пекинском университете технологии и бизнеса (г.Пекин, 2000 г.).
Будников Г.К. многократно выступал на Всесоюзных и международных конференциях, симпозиумах , семинарах и школах с пленарными докладами и сообщениями по проблемам электроанализа и биосенсоров для экоаналитического мониторинга. В этот же период им было сделано несколько докладов на сессиях Научного совета по аналитической химии РАН и на конференциях по истории и методологии аналитической химии.
Будников Г.К. неоднократно выступал на страницах местной (республиканской) печати, пропагандируя успехи аналитической химии и важность химического образования в жизни общества, необходимость подготовки в регионе кадров химиков-аналитиков. Им также опубликовано несколько научно-популярных статей в журналах "Химия и жизнь" и "Соросовском образовательном журнале", а также в Соросовской энциклопедии "Современное естествознание". Является автором нескольких статей в "Татарской энциклопедии". Будников Г.К. уделяет большое внимание экологическому образованию в высшей школе и средних учебных заведениях.
Будников ГК. является членом бюро Научного совета по аналитической химии РАН, председателем комиссии по электроаналитической химии и членом комиссии по преподаванию аналитической химии того же совета, членом редколлегии "Журнала аналитической химии", международного виртуального журнала "Sensors", "Вестника Татарстанского отделения Российской экологической академии" и Татарской энциклопедии (раздел "Химия"). Он в течение ряда лет возглавлял первичную организацию ВХО им. Д.И.Менделеева при Казанском университете, неоднократно участвовал в организации Всесоюзных и Всероссийских научных конференций как сопредседатель или член оргкомитета. 
 В 1992 г. он избран членом - корреспондентом Академии естественных наук Российской Федерации, а в 1995 г. - Академиком Международной Академии наук Высшей школы.
И.С.Фишман. Израиль Самуилович Фишман является автором ряда оригинальных работ в области эмиссионного спектрального анализа, а также спектроскопии оптически плотной плазмы.
И.С.Фишман родился 20 августа 1914 года в г.Хойники, Белоруссия, в семье мелкого торговца.  По окончании в Хойниках школы в 1929 году И.С.Фишман поступил в педагогический техникум  города Минска и закончил его с дипломом учителя физики и математики.  В 1933 году поступил в Ленинградский государственный университет на физический факультет, который с отличием окончил в 1938 году.  По окончании университета направлен в Воронеж на авиационный завод на должность начальника спектральной лаборатории.  В 1941 году вместе с заводом эвакуировался в Казань. И.С.Фишман на этом заводе проработал до 1961 года. С 1949 года он начал работать в Казанском государственном университете сначала по совместительству, а после ухода с авиационного завода, в 1961 году - в штатной должности сначала старшего преподавателя, и затем доцента и профессора кафедры оптики и спектроскопии.
Более 40 лет И.С. Фишман отдал педагогической работе в стенах Казанского университета.  В разное время он читал курсы лекций: "Общая физика", "Оптика" для физиков, спецкурсы: "Атомная спектроскопия", "Молекулярная спектроскопия" и "Спектральный анализ", вел семинарские и лабораторные занятия со студентами, руководил аспирантами, дипломными и курсовыми работами.  На протяжении 15 лет читал  курс "Избранные главы оптики" слушателям факультета повышения квалификации преподавателей вузов. 
И.С. Фишман известен своими работами в области эмиссионного спектрального анализа, атомно-абсорбционной и атомно-флуоресцентной спектрометрии, спектроскопии оптически плотной плазмы и методов обработки спектроскопической информации. Им разработан ряд способов  эмиссионного спектрального анализа различных объектов, часть которых впоследствии вошла в Союзные ГОCТы.  Одним из первых в СССР И.С.Фишман создал лабораторию экспрессного спектрального анализа. 
Начиная с 1960 года, И.С.Фишман совместно с учениками проявил интерес к  спектроскопии оптически плотной плазмы. На основе научно обоснованных моделей им рассчитаны интегральные характеристики спектральных линий, излучаемых и поглощаемых оптически плотной плазмой.
Много внимания И.С.Фишман вместе с учениками уделил разработке математических методов обработки экспериментальной информации и, в частности, решению обратных некорректных задач спектроскопии.
В 1969 году И.С.Фишман начал новый цикл работ в области атомно-абсорбционной спектроскопии.  Здесь им развивались три направления: создание абсолютных методов анализа, основанных на численном учете основных факторов, влияющих на абсорбционный сигнал.  Второе направление связано с применением атомно-абсорбционной спектроскопии для определения упругости паров металлов при разных температурах.  Наконец, третье направление – разработка и исследование нового электродугового атомизатора на основе дуги переменного тока. Этот атомизатор был предложен, в частности, для определения металлов в нефтях и нефтепродуктах в  совместных исследованиях с сотрудниками Казанского филиала Всесоюзного научно-исследовтельского института физико-технических и радиотехнических измерений (ВНИИФТРИ). 
Всего И.С.Фишман опубликовал в печати более 150 работ, в том числе 2 монографии. Имеет правительственные награды, является "Заслуженным Соросовским профессором". 

15.2. В сообществе аналитиков: взгляд изнутри со стороны

В последние 10-15 лет к ряду проведенных кафедрой аналитической химии работ был проявлен интерес со стороны научного сообщества. Традиционное направление исследований по комплексам металлов с органическими лигандами в неводных средах с применением вольтамперометрии получило отклик в работах Я.Лабуды (Словакия, Л.Бьелицы (Югославия), по каталитическим токам - в работах Ф.Баницы (Румыния, затем Норвегия, куда он переехал), по химически модифицированным электродам - в коллективном исследовании В.Кутнера - Д.Уонга (Польша - США). Интерес проявляют зарубежные коллеги и к работам по биосенсорам и оценке антиоксидантной емкости различных органических веществ, материалов и биологических жидкостей.
Современные средства коммуникаций тому способствуют. Интерес означает и своеобразную оценку важности и признания проводимых на кафедре исследований. Однако более точную оценку эффективности деятельности дает индекс научного цитирования, SCI, который, естественно, изменчив во времени и зависит от состава авторского коллектива, но в целом для кафедры достаточно высок (до 45).
В октябре 1993 года в ГЕОХИ РАН проходили вторые Алимаринские чтения. Была открыта мемориальная доска в память о крупном советском аналитике, академике И.П.Алимарине. Казани была оказана большая честь принять участие в таком торжественном событии. Академик Ю.А.Золотов предложил Г.К.Будникову выступить с докладом на произвольную тему, однако в некоторой степени связанную с научной деятельностью И.П.Алимарина, длительное время возглавлявший Научный Совет по аналитической химии АН СССР. Г.К.Будников сделал доклад о работах казанских аналитиков в области методов определения низких и следовых количеств веществ. Внимание было уделено работам кафедры, а также исследованиям, проводимым доцентом М.И.Евгеньевым (КХТИ) по дериватизации с помощью органических реагентов и их  применению для линейно-колористического определения загрязнителей окружающей среды. Кстати, на чтение могло приехать большее число казанцев (однако, в Москве стреляли..... - известные события на Краснопресненской набережной).
Книга по истории аналитической химии в Казанском университете создавалась в течение чуть более одного года. В этот период некоторые выпускники кафедры проявили, как говорят, здоровый интерес и предложили свои услуги - внести вклад в написание отдельных сторон истории, дать оценку ряду событий, связанных с жизнью кафедры. Среди них - профессор кафедры аналитической химии КГТУ Олег Васильевич Михайлов. Он написал небольшой очерк и предложил поместить его в книгу при условии, что "купюр не будет".
О.В.Михайлов. Нечто вроде воспоминаний и размышлений на заданную тему.
Развитие исторического процесса, как известно, происходит как бы по спирали, в чем  автор этих строк имел возможность убедиться на собственной шкуре (то бишь на жизненном опыте): закончив в свое время кафедру аналитической химии Казанского Государственного Университета (КГУ) (а в мае будущего года с момента этого знаменательного для него события исполнится ровно 30 лет), он, пройдя затем последовательно статус химика-неорганика (аспирантура при кафедре неорганической химии КГУ), наполовину неорганика, наполовину - электрохимика (Центральная заводская лаборатория Челябинского тракторного завода), фотохимика (лаборатория рентгеновских пленок в Казанском научно- исследовательском технологическом и проектном институте химико-фотографической промышленности) и еще раз - неорганика ( кафедра неорганической химии Казанского химико-технологического института, переименованного в 1993 г. в Казанский государственный технологический университет (КГТУ)), в конечном итоге оказался на той же самой по названию университетской кафедре, -разве что к вышеуказанному названию университета добавилось слово « технологический».  Говоря математическим языком, шаг сей «спирали» получился не таким уж малым - в период вышеуказанных « блужданий» автор этих строк не терял время зря и потихоньку собрал вроде бы все положенные по ВАКовской иерархии степени и звания, дипломы и аттестаты - сначала кандидата химических наук, далее старшего научного сотрудника по специальности «технология кинофотоматериалов и магнитных лент», затем доктора химических наук, и, наконец, профессора по специальности «неорганическая химия». И в итоге его приход на нынешнее место работы получился в полном соответствии с логикой военного руководителя знаменитого «Манхэттенского проекта» Лесли Гровса (когда пентагоновское начальство, назначая его на эту должность, пообещало ему в скором времени произвести его в генералы, он сразу же сказал, что целесообразно сначала присвоить ему это звание, а уж потом представлять ученым - будущим участникам проекта: «Важно, чтобы люди, с которыми мне предстоит работать, с самого начала видели во мне генерала, а не повышенного в чине полковника: как это ни странно, но длинноволосые интеллигенты придают званиям еще большую важность, чем кадровые военные». Эти слова не остались без внимания - просьбу Гровса удовлетворили, и впервые он предстал перед Оппенгеймером и Ко именно в генеральском мундире...). Тридцать лет - срок большой даже для средневековья (к слову, он в полтора раза превосходит время, определенное незабвенным Ходжой Насреддином для решения задачи ликбеза одного известного домашнего животного, когда он испрашивал у бухарского эмира то, что ныне вполне можно было бы назвать грантом на научные изыскания), и за время, которое ушло у вашего покорного слуги на совершение вышеуказанного спирального витка, аналитическая химия как наука претерпела радикальное переосмысление (если не второе рождение). Уместно в этой связи напомнить, что по определению Международного Союза по чистой и прикладной химии, ныне «Analytical Chemistry is a scientific discipline which developers and applies methods, instruments and strategies to obtain information on the composition and nature of matter in space and time». Как видно из сказанного, аналитическая химия сейчас, в начале XXI века, рассматривается уже не как часть химии, а как междисциплинарная наука, сфера интересов и приложений которой по сути дела принципиально ничем не ограничивается, что называется, от атома до любви. Так что известное высказывание Ф.Энгельса «Без анализа нет синтеза» ныне относится не только к отраслям, составляющим базис т.н. синтетической химии (прежде всего неорганической, координационной, органической, элементоорганической и полимерной), - можно с полной ответственностью утверждать, что без аналитической химии в широком смысле этого слова в настоящее время вообще не может существовать ни одного раздела химической науки. Любой исследователь, в той или иной мере связанный в своей научной деятельности работой с веществом, в той или иной мере является химиком-аналитиком, желает он того или нет. Так что в трансформации химика-неорганика в химика-аналитика, которую претерпел автор этих строк в последние пять лет, ничего удивительного нет (тем паче что то образование, которое дал ему и многим другим химический факультет КГУ, позволяет при необходимости переквалифицироваться не то что с аналитика в неорганика и наоборот, но и куда более круто - хоть с удобрений на преступления). В связи с этим обращает на себя внимание то обстоятельство, что научно-педагогический коллектив кафедры аналитической химии Казанского Государственного Технологического Университета ныне почти целиком состоит из лиц, в разное время окончивших именно химфак КГУ (пусть и не обязательно кафедру аналитической химии КГУ), а не КХТИ-КГТУ (хотя химиков самого разного профиля за годы существования последнего подготовлено столько, что хоть мостовые ими мости). Последнее вдвойне, втройне любопытно, если учесть, что за всю более чем 70-летнюю историю кафедры аналитической химии КХТИ-КГТУ только ее первые два руководителя - основатель кафедры профессор А.М. Васильев да его преемник - профессор К.Н. Мочалов были выпускниками КГУ, все же остальные - выпускниками КХТИ. А ведь именно заведующий кафедрой, как хорошо известно, играет решающую роль в формировании ее кадрового состава. Все химические кафедры КГТУ ныне укомплектованы в основном именно выпускниками КХТИ-КГТУ (и лишь изредка - выпускниками других вузов), а вот кафедра аналитической химии представляет собой единственное исключение из этого общего правила. Видимо, есть что-то особенное в одноименной отрасли науки, коль для ее преподавания приходится прибегать к услугам именно выпускников химических факультетов классических университетов... И, наверное, есть что-то символическое и в том, что судьбе было угодно уже на склоне лет в конечном итоге привести автора этих строк именно на кафедру аналитической химии, а не на какую-то иную кафедру КГТУ (где, кстати, он впервые после того, как покинул свою alma mater, оказался полностью «в своей тарелке»).
У любого научного сотрудника когда-то были свои учителя, и автор этих строк - не исключение из этого общего правила (хотя таковые у отдельных самоучек, наверное, и случаются). И здесь у меня есть повод (если не обязанность!) упомянуть о двух из них, роль которых в своем становлении на соответствующем этапе своей научной деятельности я считаю решающей. Мне как ученому, я считаю, повезло: удалось самостоятельно создать и развить новое оригинальное научное направление в области координационной химии - химия металлокомплексных желатин- иммобилизованных матричных систем. Трудно, однако, говорить о том, для чего не придумано подходящего названия (а именно такая сложилась у меня ситуация, когда настало время подводить первые итоги работы по будущей моей докторской диссертации). В этой связи должен прямо сказать, что именно нынешний руководитель кафедры аналитической химии КГУ Герман Константинович Будников оказался настоящим  « крёстным отцом» того самого обобщающего ключевого термина, который я многократно использовал в своих работах ранее и успешно продолжаю использовать и поныне, - желатин- иммобилизованные матрицы (хотя сам он, будучи по натуре своей человеком очень скромным, никогда не считал и не считает свою заслугу в рождении этого термина сколько-нибудь серьезной). Удивляться тут, впрочем, нечему - эрудиция этого ученого и разносторонность его интересов просто поразительны... Полагаю, что я вправе считать себя хорошим писателем от науки (в моем «научном капитале», то бишь в списке публикаций есть и сугубо научные, и научно-популярные статьи, и аналитические обзоры (причем значительная часть их вышла в свет в зарубежных научных журналах), и изобретения, а общее количество опубликованных мной работ в настоящий момент приближается к 500), но все равно меня восхищала и продолжает восхищать писательская активность Германа Константиновича на ниве науки, которая была, есть и будет в моих глазах наглядным примером для подражания. Ну, а если вспоминать теперь уже весьма отдаленные от нынешнего времена тридцатилетней давности, когда Ваш покорный слуга начинал свою научную деятельность и был всего лишь студентом при уже упоминавшейся кафедре аналитической химии КГУ, то просто нельзя не сказать добрых слов и в адрес руководителя кафедры той поры - здравствующей и ныне Веры Федоровны Тороповой. Ведь именно она стояла у истоков моей научной деятельности: первая тема моих научных изысканий связана с ее именем и именно ей я, в сущности, обязан своим неослабевающим интересом к координационной химии, который красной нитью - об этом теперь можно уже сказать смело - проходит через всю мою жизнь как исследователя. Отмечу один поразивший меня в те годы момент, прямо касающийся характера ее научной деятельности. Мне не раз на старших курсах обучения в университете приходилось бывать у нее в рабочем кабинете (несмотря на свою загруженность научной и не только научной работой, Вера Федоровна находила возможность уделять соответствующее внимание даже студентам, работающих на ее (да, наверное, и не только на ее) кафедре), и всякий раз в момент подобных визитов мне доводилось заставать ее либо за просмотром какой-либо монографии или научного журнала, либо за написанием очередной научной статьи. И хотя в дальнейшем мне приходилось бессчетное число раз бывать в кабинетах самых разных зав. кафедрами как в Казани, так и в других городах, мне лишь считанное число раз удавалось застать кого-либо из хозяев этого кабинета за подобной работой. Она была единственным в ту пору заведующим кафедрой, которую мне часто доводилось заставать за работой и в читальном зале нашего факультета, - никто из других кафедральных руководителей (не в обиду им будь сказано) своим посещением это место что-то не удостаивал (во всяком случае, в моем присутствии там). Полагаю, что именно научное творчество, всегда занимавшее ключевое место в ее деятельности, и помогло ей дожить до весьма почтенного возраста (язык не поворачивается сказать - до глубокой старости, поскольку жизнелюбие и научная активность ее и поныне таковы, что и молодым будет непросто за ней угнаться). И дай-то бог дорогой Вере Федоровне до 100 и далее жить без старости! 
 К стихотворчеству вроде бы никогда ни особой склонности, ни таланта у меня не было, но закончить свой опус рискну переиначенными на свой лад строками от Велимира Хлебникова:
За других утверждать я не мастак,
Но думаю, мы можем
Гордиться тем, что стал родной химфак 
Достойных кадров ложем.
Отрадно сознавать, что известность ряда ученых - химиков, в том числе и тех, кто продвигал науку аналитическая химия или способствовал этому, перешла границы отечества. 
Мы сейчас живем в другое время, в другом мире, но жизнь предшественников нам не безразлична. Через призму деятельности людей старшего поколения, наших предшественников, смотрим на наш современный мир и приходим к выводу о дефиците сейчас таких качеств человека, как порядочность, интеллигентность, отражающих состояние его души. К сожалению, нравственные устои и принципы подверглись эрозии, отошли, как ценности, на второй план. Поступки некоторых людей совершаются по "понятиям". В науке это приводит к ее разрушению, поскольку ухудшает моральный климат в сообществе ученых. И вот здесь особенно большое значение имеют нравственные ориентиры, которым мы должны следовать. Наши предшественники и  являют собой эти ориентиры.
Можно подвести некоторые итоги историческому описанию периода становления и развития аналитической химии в Казанском университете. Сейчас на трех факультетах (химическом, физическом и экологическом) работают исследовтаельские группы, возглавляемые аналитиками высшей квалификации, каждый из которых отражает интресы определенной области науки. В целом они составляют группу, которая способна провести экспертизу практически любой работы, выполненной в плане докторской диссертации или проекта, в котором методы мониторинга или контроля составляют основное содержание. За последние пятнадцать лет аналитики в Казанском университете, да и вообще в Казани приобрели известность и вошли в мировое научной сообщество.
Химическая наука в целом сейчас заметно "зеленеет". В рамках концепции "зеленая химия" много делает и аналитическая химия. Как и другие химические науки, выполняя гуманистическую функцию, она дрейфует в сторону наук о жизни. Видимо, ей предстоит в первую очередь решать проблемы, обусловленные нашим социумом. И здесь аналитик, особенно высшей квалификации (естественно, с чистыми руками), безусловно становится основной фигурой научного сообщества.