III

Особо рассмотрим период I мировой войны. Она быстро сказалась на всей жизни страны. Химические лаборатории университета почти перестали получать приборы, посуду, реактивы и зарубежную научную литературу, т.к. ранее это шло почти всецело из Германии. Трудно стало приобретать и отечественные химикаты – они были дефицитны, цены росли, а финансирование университета ухудшалось. МНП не отпускало средства на содержание сверхштатных профессоров, и в 1916/17 г. Флавицкий не получил оплаты. Сократился штат его отделения – лаборант В.В.Гурьянов был призван в армию, падало число студентов. Тем временем жизнь ставила перед химиками новые задачи, особенно с лета 1915 г., когда русская армия стала подвергаться газовым атакам и оказалась к этому совершенно не подготовленной. Научная работа неоргаников сочеталась с практической на нужды войны.
В 1914 г. Флавицкий опубликовал статью "Химическая теория растворов" (76 с.), в которой сильно переработал обоснование своей теории. Он готовил книги о химии твердых веществ, о химической теории катализа и 4-е издание учебника, но успел сделать немногое. Ценны публикации его отзывов на докторские диссертации А.Н.Щербакова "Влияние нейтральных солей на перемещение переходного пункта некоторых индикаторов" (1914) и А.Е.Арбузова "О явлениях катализа…" (1915). Во второй рецензии Флавицкий довольно широко развил свою трактовку этих явлений: он предполагал, что роль катализатора играют промежуточные соединения и допускал в них O(VI), F(VII) и т.д.
В 1915 г. вышли две статьи Флавицкого: 1. "История возникновения и развития лаборатории физической химии" и 2. "Иодная вата". Во 2-ой предполагалось готовить для армии вату, пропитанную смесью порошков KI и CuSO4. При смачивании ваты водой пройдет реакция 2KI + CuSO4 = K2SO4 + CuI + I, т.е. половина иода выделится.
В 1916 г. студент А.П.Рождественский выполнил на 28 солях "Исследование молярного сжатия по удельному весу насыщенных и пересыщенных растворов". Результаты измерений были обработаны в духе теории Флавицкого (с выводом "коэффициента замещения" и т.д.), охватывающей растворы всех концентраций. В отзыве Флавицкого было подчеркнуто, что данных о такого рода растворах еще мало и они не точны. (Напомним о вкладе Богородского). Рождественского наградили серебряной медалью.
Еще в 1915 г. Совет университета создал "Комиссию по изысканию способов применения удушливых газов и борьбы с ними". В нее, а также в Химическую секцию Казанского Военно-промышленного Комитета (КВПК), входили все химики университета.
Организатором и ведущим деятелем Химической секции КВПК был Богородский. В его лаборатории были начаты опыты подыскания поглотителей газов для снаряжения респираторов и заменяющих стекло материалов для защиты глаз (целлюлоида в Казани не было). Под его наблюдением КВПК организовал при одном из заводов (ныне химкомбинат им.Вахитова) производство Na2S2O3. ("антихлора").
В 1916 г. Богородский был также членом Совета Петроградского Военно-химического Комитета (ПВХК), а в Казани – членом КВПК и Комитета Военно-технической помощи (КВТП). Он неоднократно командировался на заседания в Петроград и Москву, знакомился с выработкой ВВ на военных заводах, участвовал и в работе специального Химического Комитета Русского Физико-химического общества. В октябре 1916 г. в Казани при КВТП сформировалась полуофициальная Комиссия сырья, Богородский наметил большую программу исследований по использованию местных (в широком смысле) минералов и руд, битумов, нефти, торфа и т.д., а также отходов местных заводов. Были созданы 2 лаборатории – одна помещалась в отделении Богородского, другая – на кафедре технической химии (ею руководил приват-доцент А.Н.Щербаков). Имелись по 2-3 специальных лаборанта – у Богородского одним из них был студент III курса Я.М.Лопаткин, он готовил для фармацевтов Sb2S3, свободный от As, анализировал серу и битум из пород Сюкеевского месторождения, целестин из Моркваш (на Sr), чугун, проверял качество стекла химической посуды, которую начали по инициативе Богородского изготовлять на заводе недалеко от Казани, выделял из смолы Казанского газового завода нафталин (позднее и антрацен), готовил из скипидара терпингидрат и т.д.
В 1915 г. вышли статьи: В.А.Вильде и Богородского "К вопросу о депрессии точки замерзания", самого Богородского "Термохимическое значение коэффициента "i" (pV = RT)" и "О некоторых электрохимических свойствах растворов", а также его студента К Поплавского "К вопросу об электролизе сплавов" (амальгам Au и Ag); в этих работах не все представлено по Флавицкому. Именно их, в основном, имел в виду А.Е.Арбузов, когда в 1935 г. писал про "ряд статей, широко захватывающих и по-новому освещающих трудные вопросы теории растворов, в особенности в области средних и крепких концентраций", хотя сам признавал теорию Аррениуса. Физическая и неорганическая химия у Богородского, как и у Флавицкого, неразделимы. Дополнительно назовем статью А.В.Знаменского "К вопросу об электровозбудительной силе гидроэлектрического элемента" (1916). Он еще в 1902 г. выполнил у Флавицкого и опубликовал 2 заметки: об UO2SO4 и о впервые полученных им гидратах HCOONa3H2O и CH3COOK2H2O, а в 1916 г. работал у Богородского как частное лицо. В 1915-1916 гг. там вели исследования несколько студентов-химиков и среди них первая из студенток - Е.А.Алексеева; она с 1914 г. изучала взаимодействие щелочных металлов с растворами их гидроокисей. А.А.Максимов сконструировал электрический термометр для изучения депрессии застывания расплавленных электролитов и синтезировал LiMnO4 для перевода его в Li2MnO4. М.Ф.Михайлов изучил светопоглощение растворов нитратов и сульфатов Ni и Co, а также их смесей, вел спектрофотометрическое исследование цвета растворов солей Co. Богородский уже тогда считал его выдающимся научным работником.
В 1916 г. отделение Богородского приобрело катетометр, вакуум-насос Геде и мотор к калориметру. Однако не стало дров и температура в помещении падала до +5о, студенты сбегали, персонал был простужен, а в отделениях качественного и количественного анализа (ст. ассистент П.Е.Кыштымов, асс. Н.П.Музуров и общий их лаборант Н.В.Беляев) "не могло быть и речи о научной деятельности".
Продолжим сведения об А.А.Максимове. В Казани не было отделения Русского Физико-химического общества, но при университете уже ряд лет существовал студенческий Менделеевский кружок. Его научным руководителем в 1914-1916 гг. был Богородский, председателем правления с ноября 1914 г. – Максимов, а библиотекой ведал Лопаткин. Богородский прочел в 1914 -–1915 гг. доклады: "Биография Д.И.Менделеева" и "По поводу исследований профессора Лидова об аналогах CO2", а Максимов – 4 доклада. На дискуссию по его докладу"Об улучшении преподавания химии в университете" пришел и А.Е.Арбузов. Темы докладов Максимова: "О ценности науки", "Мировоззрение и наука" также показательны. Как пишет М.К.Корбут," студенты, стоявшие на платформе Циммервальдской конференции, группируются…при Менделеевском кружке, где создается "естественно–научная библиотека", в которой можно найти "Капитал" Маркса, [книги] Каутского, Энгельса и др.". Далее сказано, что Максимов и еще некоторые студенты читали в кружке доклады также политического характера и что Максимов был тогда левым эсером, затем членом ВКП(б) (М.К.Корбут. Казанский госуниверситет им. В.И.Ульянова - Ленина за 125 лет, т. II, с. 278, 286, 288). В 1916 г. Максимов стал аспирантом Богородского и получил тему: "Механизмы раскисления марганцовых солей K, Na и Li в щелочной среде", а сделал тогда по ней немного.
В 1916 г. стал аспирантом Богородского и М.Ф.Михайлов, но был призван в армию. Благодаря Богородскому Михайлова направили на Казанский газовый завод ГАУ*) для изучения пиролиза нефти и подготовки в инструкторы по этому, новому тогда, производству.
А.М.Васильев в 1915 г. начал извлекать иод из отходов больничных материалов и в 1916 г. смог сдать 2 кг иода. Он вел также анализ газов на Газовом заводе, ставил опыты по каталитическому окислению NH3 в HNO3, по регенерации отработанных нитрационных смесей, а также H2SO4 из отходов NaHSO4 на Казанском пороховом заводе (КПЗ).
Васильев активно продолжал также свои прежние исследования. В 1914-1915 гг. вышли 2 его статьи по эвтексии и брошюра "Гексит-пентитная теория строения алюмосиликатов" (Казань, 1915). Авторы этой теории – В. и Д.Аши – развили представление о кольцеобразных молекулах. Васильев остроумно домыслил многое и предложил расширить рамки приложения теории. (Однако позднее новыми методами было доказано, что структура алюмосиликатов не молекулярная). В 1916 г. Васильев опубликовал статью об эвтектиках, а в 1917 г. 3 статьи о них же и книгу "Критический метод исследования состава эвтектик" (Казань, литогр., IX + 142 с.). Еще в 1913 г., использовав имеющиеся в печати координаты эвтектики в одной органической системе, Васильев не нашел подтверждения 3-му закону эвтексии, когда же выявил неточность этих данных, то все согласовалось. В названной книге Васильев особенно широко использовал 3-ий закон, введя понятие об эвтектических циклах и модулях.
Чем ближе произведение модулей к единице, тем точнее замыкается цикл. Если величина произведения существенно иная, то сведения об одной (как минимум) из бинарных систем цикла не точны (или упущена дистектика и т.п.), и это можно проверить на другом цикле, включающем ту же систему**).
В книге собран весь найденный в литературе материал, частью обоснованно вызывающий сомнения; достаточно надежными автор счел сведения о 164 эвтектиках весьма разнородных систем (из них для 17 выявлены им лично). Он замыкал циклы эвтектик вплоть до 10-членных и в ряде произведение модулей было очень (или достаточно) близкими к единице. Многое еще требовало доработки (см. ниже), и труд Васильева, мало распространенный, не был своевременно достаточно оценен (если не считать А.И.Горбова, Н.Н.Ефремова), т.к. не отвечал господствовавшим представлениям об эвтектике.
А.Ф.Герасимов – лаборант и приват-доцент отделения неорганической химии, читал в 1914 г. "Введение в теоретическую химию", а с 1915 г. также необязательный курс "Химия коллоидов". В 1915 г. Богородский заинтересовался возможностью приготовления коллоидного серебра в качестве бактерицидного препарата и поручил исследование вопроса Герасимову. Последний вскоре с успехом видоизменил метод Пааля с лизальбиновокислым натрием. Была организована выработка препарата "колларгол" – он спасал жизнь людей при сепсисе во многих городах страны, когда еще не было антибиотиков. В 1915 и 1917 гг. Герасимов опубликовал 4 статьи о колларголе и одну о кинетике химических реакций. Он участвовал в комиссиях КВТП: по заводу Na2S2O3 и по использованию отходов производств КПЗ. Работать в лаборатории становилось все труднее.
19 октября (1 ноября) 1917 г. умер Флавицкий. За 33 года руководства лабораторией ("кафедрой") неорганической химии, сочетаемой с физической и аналитической, он создал большую школу. Основой ее общности было получение и исследование гидратов и кристаллогидратов солей. Наряду с этим он сам и его ученики работали в нескольких направлениях, часть которых все более перспективна, предложили новые приемы исследований, новое в аппаратуре и т.д. Флавицкий опубликовал примерно 70 статей и книг, а его ученики, по 1917 г., - около ста. Не все их идеи оправдались, но было сказано и сделано много оригинального.
В целом, дореволюционный период истории неорганической химии в Казанском университете, вопреки высказыванию А.Ф.Капустинского, славен далеко не одним открытием рутения.