О М.Г.Руденко (Руденко-Качиковой)
С Марией Георгиевной Руденко (по документам 20-х годов Руденко-Качиковой) я был знаком по Крымскому университету и затем по Казанскому. Это была очень серьезная, высокоинтеллигентная студентка. Мы одновременно отрабатывали спецпрактику по органической химии и оба были на производственной практике в г. Чимкенте (Казахская ССР), где она сменила меня на заводе. Встречались два-три раза до войны в Москве, где она тогда работала, а затем связь оборвалась. Пишу о ней, в основном, по архивным материалам (очень скупым) и некоторым литературным источникам.
Мария Руденко, русская, родилась 26 января 1903 г. в г. Бахчисарае (Крым) в семье мещанина. В июне 1920 г. окончила среднюю школу в Симферополе и осенью 1923 г. поступила на I курс естественно-исторического отделения физмата Крымского университета. Осенью 1924 г. должна была выехать, по переводу, в Казань, однако лишь 7 декабря 1924 г. запросила Казанский университет о разрешении приехать, указав, что “ранее не могла за отсутствием средств”, что “лекции VII семестра прослушала в Крымском университете” (опережая свой курс?). В личном деле нет сведений о сданных в Крыму экзаменах, за исключением записи доцента А.Ф.Сагайдачного о том, что 28 января 1925 г. сдана технология. Со слов М.Г.Руденко знаю, что она сдала в Крымском университете аналитическую химию (предмет II курса). На химическом факультете физмата стала учиться с марта 1925 г. и, как она мне говорила, повторно отрабатывала аналитическую химию, так как в КГУ она поставлена много лучше, чем это было в Крымском университете. В личном деле М.Г.Руденко почти нет записей о сданных ею в Казанском университете экзаменах, но отмечены спецпрактикумы по анализу с паяльной трубкой, газовому анализу и по органической химии. Этот последний мы работали одновременно, она считалась хорошей студенткой. Прослушала спецкурс А.Е.Арбузова “Гетероциклические и ароматические соединения” и “Биохимию” у Л.Н.Парфентьева. Имелась интересная путевка на производственную практику в г. Чимкент, на сантонинный завод на 3 месяца, и ее разделили между мною и М.Г.Руденко. Я сообщил ей из Чимкента, что завод вырабатывает также алкалоиды (морфин, кодеин), и она приехала, подготовившись к этому. Работая в лаборатории, внесла рационализаторское предложение, которое повысило выход алкалоидов. Это вызвало сенсацию, так как производством руководили высококвалифицированные инженеры из Москвы (двое – чередуясь) и оно находилось под наблюдением академика А.Е.Чичибабина. А.Е.Арбузов говорил мне, что теоретическое объяснение М.Г.Руденко не состоятельно (она сочла, что подавляет гидролиз соляной кислотой), но предложение ее оказалось ценным. 28 декабря 1926 г. она защитила отчет о практике “Получение естественного кодеина и других алкалоидов из жидких отходов морфинного производства”, и академик Чичибабин рекомендовал ее на работу в Москве.
Позднее я застал ее научным сотрудником Института горючих ископаемых (ИГИ АН СССР), где она работала под руководством профессора С.С.Наметкина (с 1932 г. – член-корр., с 1939 г. – академик АН СССР). Могу назвать две его статьи в “Журн. общей химии” за 1937 г., где М.Г.Руденко была его соавтором: “О гидрогенизации и дегидрогенизации этиленовых углеводородов” и “О превращениях непредельных углеводородов под влиянием хлористого алюминия”. Публикаций, конечно, больше, она стала доктором химических наук, профессором.
В ИГИ она подверглась отравлению парами ртути – с опозданием было выявлено, что сотрудник, работавший в том же кабинете до нее, утаил, что пролил много ртути и она скопилась под полом 1. Подлечившись, вновь работала.
Как сообщает Б.В.Левшин (Советская наука в годы Великой Отечественной войны. – М., 1983), в первый же год войны остро встал вопрос о смазочных маслах для авиации: требовалось расширить сырьевую базу и сделать масла “всепогодными”. М.Г.Руденко под руководством академика С.С.Наметкина разрабатывала присадку суперол, которая служила загустителем и в то же время повышала морозостойкость масел. Благодаря суперолу масла становятся при повышении температуры более вязкими, а при ее понижении вязкость падает. Авиадвигатели могут работать при любой температуре.
В 1943 г. Наркомат нефтяной промышленности принял решение о постройке завода для выработки суперола.
На этом мои сведения о М.Г.Руденко обрываются. Они показывают, что эта выпускница Казанского университета, ученица А.Е.Арбузова, внесла ценные вклады в работу химико-фармацевтической и нефтяной промышленности СССР, помогая обороне страны в годы Великой Отечественной войны.